NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Тамара Карсавина выросла в интеллигентной семье. Она была внучатой племянницей знаменитого писателя и философа-славянофила Алексея Степановича Хомякова. Родной брат Тамары Лев Карсавин был историком-медиевистом и самобытным мыслителем, за что вместе с другими был в 1922 году выслан его из России на знаменитом «философском пароходе». Брат и сестра были дружны, Лев звал Тамару «знаменитой добродетельной сестрой», а она его – «молодым мудрецом».
Мать — выпускница Института благородных девиц — много времени уделяла воспитанию детей, сама занималась со старшим сыном, а маленькая Тамара, играя рядом, слушала. Она рано научилась читать, и книги стали ее страстью. В доме их было великое множество. Отец покупал дешевые издания и сам переплетал их. Обладая прекрасной памятью, девочка легко заучивала наизусть поэмы Пушкина и любила их декламировать. Ее с детства влекло к театру. Но отец ее — Платон Карсавин, танцовщик Мариинского театра, а затем преподаватель Театрального училища, был против того, чтобы дочь шла по его стопам, Он считал, что у нее не «балеринский характер», что она слишком деликатна и застенчива и не сможет защитить свои интересы. И все же, поддерживаемая матерью, девочка стала готовиться к поступлению в училище. В день экзамена она очень волновалась. Конкурс был большой, а вакансий мало. Приняли всего 10 девочек, среди них была и Тамара.

Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Сесил с рождения был обречен рассчитывать только на свои силы. Он был пятым сыном в семье викария. Законы майората в Англии XIX века закрепляли наследство за старшим сыном в семье. Младшему, по давней английской традиции, оставалось идти служить в армии. Но даже эта перспектива была перечеркнута приговором врачей. У мальчика, появившегося на свет 5 июля 1853 года в старинном городе Бишопс-Стортфорд в графстве Хертфордшир, обнаружили неизлечимую болезнь сердца. Сесил Родс с детства усвоил истину, которая большинству открывается лишь в старости: каждый новый день может стать последним. Поэтому во всем, чем он занимался, он торопился стать лучшим. Он был лучшим учеником в школе, рано начал изучать богословие, увлекся правом и собирался продолжить его изучение в Оксфорде. Однако в семействе викария помимо пятерых сыновей было еще и пять дочерей, и отец даже при желании не мог оплатить дальнейшую учебу Сесила в колледже. Необходимую сумму талантливому юноше неожиданно подарила богатая родственница.
Родс уже готовился к отъезду в Оксфорд, когда у него обнаружился туберкулез. Лечить эту болезнь в ту пору не умели, а при слабом сердце Сесила этот диагноз означал неминуемую скорую смерть. Отсрочить ее могла только смена климата. Все деньги, предназначенные для оплаты учебы, были истрачены на скорейший отъезд Родса из Англии. Впоследствии он шутил, что главной причиной, заставившей его покинуть родину, была «невозможность больше есть эту вечную холодную баранину».
Решено было, что Родс отправится в Южную Африку. Там, в Капской колонии, у одного из его братьев, Герберта, была небольшая ферма.
Читать далее

Автор: Гаков Владимир
Копирайт: Gala Биография 2007

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Данте Габриэль Россетти. Портрет Фанни Корнфорт

Фанни Корнфорт была натурщицей, экономкой и любовницей Данте Габриэля Россетти.
Она родилась в Сассексе приблизительно в 1824 году (иногда указывают и более поздние даты ее рождения). Когда ее семья перебралась в Лондон, она была еще совсем маленькой девочкой.
Семья Фанни происходила из низших слоев в обществе и, по всей видимости, сильно нуждалась. Достаточно убедительна версия о том, что до встречи с Россетти молодая женщина зарабатывала себе на жизнь проституцией.
А сама встреча произошла в 1858 году. Согласно Уильяму Беллу Скотту, однажды Россетти прогуливался по улице, и его внимание привлекла девушка, издающая какой-то неприличный шум. Оказалось, что Фанни так громко грызла орехи. Заметив, что привлекла внимание прохожего, она стала кидать в него скорлупки от орехов. Россетти позабавило и заинтриговало подобное поведение, и он сразу же предложил ей поработать у него моделью.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Елизавета Михайловна Мартынова вошла в историю русского искусства как «Дама в голубом».
Вошла в первую очередь благодаря великолепному ретроспективному портрету-картине, созданному Константином Сомовым. Художник сотворил свой образ Прекрасной Дамы, отразив свои представления о поэтически-возвышенном и далеком от повседневных будней.
Сомов переносит свою модель в прошлое и создает для нее условный декоративный парк – вымышленный мир природы, созданный человеком. Мир музыки, на мысль о которой навевают музицирующие фигурки на скамье. Мир вечернего покоя, о чем говорят легкие розовые облака на небе и умиротворенная темная гладь водоема. Изображая пожухшую зелень листвы, художник стилизовал ее под старинные гобелены или пожелтевшие картины старых мастеров.
Но так ли хорошо в этом иллюзорном мире самой «Даме в голубом»? Современники, глядя на портрет, не воспринимали модель, как даму из далекого прошлого. Она была для них женщиной конца XIX века. Мартыновой одиноко и грустно в этом старинном парке. Даже в жесте ее левой руки, поднесенной к груди, и правой, бессильно опущенной, чувствуется что-то отчаянное, безнадежное.
Не чувствуется какой-либо связи между женщиной и другими изображенными на картине персонажами. Мужская фигура, обликом напоминающая самого Сомова, и музицирующие персонажи на скамейке лишь еще острее подчеркивают щемящее чувство одиночества, испытываемое главной моделью. И деревья отгораживают ее от остального мира, такого спокойного и идеального…
И, главное, затаенная грусть и боль в глазах Елизаветы Мартыновой… Неужели художник все знал наперед?
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Фрэнк Кедоган Коупер родился 16 октября 1877 года в Викене, Нортхемптоншир, в семье приходского священника. В 1896 году он поступил в Школу искусств в лондонском районе Сент Джон Вуд, а спустя год – в школу при Академии, по окончании которой в 1902 году совершил путешествие по Италии.
В своем творчестве Коупер придерживался академической манеры живописи, хотя в ранней его живописи можно было заметить влияние эстетики прерафаэлитов. Поэтому иногда художника называют «Последним Прерафаэлитом», сумевшим сохранить в своих работах некоторые из их идеалов, несмотря на то, что более ста лет отделяют его последние картины от времени основания Братства.
Поражает тщательность и дотошность, с которой Коупер подходил к изображаемому предмету.
Так, работая над картиной «Гамлет», изображающей сцену на кладбище, в стремлении добиться подлинной достоверности, художник распорядился вырыть специальную могли, что невероятно смутило его соседей.


Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Томас Купер Готч родился в 1854 году в Кеттеринге, Нортхемптоншир, в викторианской семье среднего класса, члены которой были связаны с производством и торговлей обувью.
Когда Тому было три года, его отец обанкротился, и семья была вынуждена перебраться в Лондон, поселившись в Челси у родственников. Вскоре отец сумел расквитаться с долгами и вернулся в Кеттеринг, где Готч посещал гимназию. Он получил разрешение отца заниматься искусством только после того, как в течение трех лет отработал в семейном бизнесе.
В 1876 году Готч поступил в художественную школу Хизерли. Позднее учился в Школе изящных искусств в Антверпене и в Школе Слэйда. В течение нескольких месяцев 1880 года учился в Париже в мастерской Жана Поля Лоренса, где познакомился с выпускницей школы Слэйда Каролиной Йетс, ставшей в 1881 году его женой. Год спустя у них родилась дочь Филлис, а в 1883 году молодые супруги отправились в Австралию и некоторое время жили в Мельбурне.
Вернувшись в Лондон, Готч активно включился в художественную жизнь, став членом Нового Английского Арт-клуба, который находился в оппозиции к Королевской Академии. Он также выступил одним из основателей Британского Королевского колониального общества и был его президентом с 1912 по 1928 год.
Начиная с 1880 года, и в течение последующих пятидесяти лет художник выставлял свои работы в Королевской Академии, членом которой был избран в 1885 году.
В 1887 году Готч с женой обосновался в колонии художников в Ньюлине (Корнуолл), где и провел большую часть жизни. Работы этого периода написаны в традициях Ньюлинской школы и отличаются простоватым натурализмом. В основном это жанровые сценки из жизни крестьян и рыбаков, а также изображения детей.



Дележ рыбы
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Совсем уж маленькая подборка вышла. Две картины, увы, так и не смогла найти в цвете.



Молодых М. С. Ксения Годунова. 2006

Ксения Годунова, приходившаяся по материнской линии внучкой Малюте Скуратову, а на сестре ее отца Ирине был женат сын Ивана Грозного. Родилась она в 1582 году. Принято считать, что Ксенияя была одной из первых красавиц того времени и получила вместе со своим младшим братом Федором достаточно хорошее образование. Котырев-Ростовский писал, что дочь Бориса Годунова была среднего роста, белая и румяная, с чёрными волнистыми волосами и большими черными глазами, а также очень любила духовные песни.
15 мая 1591 года в Угличе при странных обстоятельствах, породивших немало загадок, умер царевич Дмитрий, который мог бы унаследовать престол. А 7 января 1598 года умер царь Федор Иоаннович, вместе с которым пресеклась прямая мужская линия династии Рюриковичей. Сначала бояре присягнули царице Ирине, но она удалилась в Новодевичий монастырь. Потом на царство был избран ее брат Борис Годунов, который итак уже на протяжении долгого времени правил страной.
Вступления Бориса Годунова на престол ознаменовало сближение России с Западом. На Западе он, лелея честолюбивые планы, попытался найти знатного мужа для своей дочери. Возможно, он надеялся, что родство с особой королевской крови сгладит и недостатки его собственного происхождения. К сожалению, успехом эти замыслы не увенчались.
Одним из первых возможных женихов Ксении стал принц Густав Шведский, сын свергнутого короля Эрика XIV. Он прибыл в Москву в 1598 году и получил от царя в удел Калугу, однако не только не перешел в православие, как обещал, но и выписал свою прежнюю любовницу Бритту Карт и их с нею внебрачных детей, открыто демонстрирую эту связь. В итоге Борис Годунов разорвал помолвку и отослал Густава в Углич, дав содержание.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Во второй половине XIX века картины исторического живописца Генриха Семирадского пользовались исключительной популярностью у современников. Появление его полотен на выставках в Санкт-Петербурге и Москве, Риме и Париже, Варшаве и Кракове, Вене и Праге, Филадельфии и Мельбурне вызывало бурный общественный интерес, превращалось в событие, яркое явление культурной жизни. Семирадский как личность и художник явил миру редкий для своего времени, но совершенно обычный для конца XX столетия социальный феномен - он вобрал в себя духовную культуру нескольких народов, внес своим творчеством заметный вклад в общеевропейскую и мировую цивилизации.
Семирадский родился 24 октября 1843 года в небольшом украинском городе Новобелгороде (ныне - Печенеги) в семье Ипполита Семирадского, выходца из Королевства Польского, и Михалины, урожденной Прушиньской. Ипполит Семирадский, офицер драгунского полка царской армии, служил в Харьковской губернии, где и прошли детские годы Генриха Гектора. Родительский дом был неким культурным центром вдали от Польши, где говорили о польской литературе и искусстве, заботились о сохранении национальных обычаев, религиозных традиций и передавали их детям. Генрих с детства ощущал себя принадлежащим к польской нации, вместе с тем становление его творческой личности проходило в атмосфере художественной культуры России, с которой он был связан духовными узами и все последующие годы. В харьковской гимназии уроки рисования вел украинский живописец Д. И. Безперчий, воспитанник К. П. Брюллова.
После окончания гимназии, уступая настойчивым просьбам отца, Генрих поступил в Харьковский университет на физико-математический факультет по разряду естественных наук, который окончил в 1864 году, не прерывая занятий у своего школьного преподавателя. Дальнейший жизненный путь молодого кандидата физико-математических наук уже никем не подвергался сомнению - он пролегал в Петербургскую Академию художеств. Поступив сначала вольноприходящим учеником, Семирадский вскоре благодаря таланту, настойчивости и трудолюбию был зачислен академистом. Завоевав в 1870 году Большую золотую медаль за конкурсную картину "Доверие Александра Македонского к врачу Филиппу" (Минск, Государственный художественный музей Беларуси), он получил право на шестилетнюю пенсионерскую поездку за границу.


Читать далее

Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Эдвард Роберт Хьюз родился 5 ноября 1851 года в лондонском районе Кленкервелл. В семье выходцев из Уэльса он был единственным ребенком. По совету своего дяди художника Артура Хьюза, ставшего его первым наставником, Эдвард поступил в Школу искусств при Королевской Академии.
Увлекшись еще в годы ученичества живописью прерафаэлитов второй волны, особенно Эдварда Берн-Джонса, Хьюз стал членом группы молодых художников, подражавших ему. Кроме него в группу входили Роберт Бейтман, Уолтер Крейн и Эдвард Клиффорд.
Впоследствии Хьюз познакомился с самим Берн-Джонсом, а также с Холманом Хантом, ассистентом которого он был на протяжении многих лет. Уже став известным и зрелым художником и будучи человеком амбициозным, Хьюз помогал Ханту, начавшему к старости терять зрение, писать большие холсты последних лет.
При его непосредственном участии были созданы такие знаменитые работы, как вариант «Светоча мира» для Кафедрального собора Святого Павла и последний вариант картины «Леди Шалотт». Хьюз был близок к семье Ханта, писал портреты его детей. В 1910 году в некрологе на смерть Ханта, опубликованном в “Times”, именно Хьюза назвали “сыном Ханта в искусстве».
В 1870 году Эдвард Хьюз дебютировал на выставке Королевской Академии, где выставлялся регулярно вплоть до 1911 года. В 1891 году он стал членом Королевского общества акварелистов, а с 1901 по 1903 годы занимал должность его вице-президента.
«Дипломной» работой Хьюза стала акварель под странным названием «Ах, что это в гнезде…», изображавшая двух птиц, хлопочущих над телом мертвого юноши, голову и тело которого опутывает тернистый шиповник, что позволяет считать эту работу символистским парафразом знаменитого «Шиповника» Берн-Джонса.


Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Артур Хьюз. Автопортрет

Артур Хьюз родился 27 1832 года января в Лондоне. Он рано проявил способности к рисованию и в 1846 году поступил в Школу рисунка, а также брал уроки у Альфреда Стивенса. В 1847 году Хьюз поступил в античный класс Школы искусств при Королевской Академии, где в 1849 году был удостоен серебряной медали. В том же году художник дебютировал на ежегодной летней выставке Королевской Академии.
1850 год стал переломным в творческой судьбе Хьюза, так как он познакомился с художниками-прерафаэлитами – Хантом и Россетти, а также к с близким к ним Брауном. Их эстетические взгляды уже были знакомы ему по публикациям в журнале «Росток». Двумя годами позже Хьюз познакомился и с Миллесом.
Хотя Хьюз не был официальным членом Братства, влияние прерафаэлизма заметно как в стилистике работ художника, так и в выборе тем, традиционных для Прерафаэлитов: «Офелия» (1853), «Леди Шалотт» (1858), «Рыцарь Солнца» (1859-1860), «Прекрасная бессердечная дама» (1861-1863), «Сэр Галахад» (1865-1870).
В 1857 году Хьюз вместе с Россетти, Моррисом и Берн-Джонсом участвовал в росписи стен Оксфордского Союза (ныне помещение библиотеки) сюжетами из легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого стола.
Самой знаменитой картиной Хьюза является его полотно «Апрельская любовь», показанное в Королевской Академии в 1856 году. Картина привела в восторг многих прерафаэлитов, а также Брауна и Джона Рескина, который хотел приобрести ее прямо с выставки, однако был разочарован, узнав, что его опередил Уильям Моррис, уже успевший оплатить покупку.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

В один из ноябрьских дней 1888 года в кабинет нью-йоркского профессора Эрнеста де Блана, принимавшего по адресу Атлантик-плаза, 84, вошла девушка. По ее словам, она приехала из Олбани, прочитав объявление, в котором де Блан сулил успех лечения хронических недугов без лекарств.
– Меня мучают сильные головные боли, никакие лекарства не помогают, – сообщила она профессору. – Я решила попробовать ваш метод, но не поняла: как, собственно, вы собираетесь меня лечить?
– Видите ли, – назидательно ответил эскулап, – лечу собственно не я сам, а природное живое электричество, которое порождается моим организмом. Эта энергия исходит сама по себе, я лишь переношу ее на моих пациентов, и таким образом происходит лечение. И совсем недорого.
– В объявлении ничего не сказано о плате. Сколько будет это «совсем недорого»?
– Всего-то… 50 долларов!
– Но у меня, – смущенно пробормотала девушка, доставая из сумочки кошелек, – только 17 долларов и 34 цента.
– Ну что с вами поделаешь, юная леди! – вздохнул профессор по-отечески. – Не тащиться же вам обратно в Олбани ни с чем. Так и быть: я подвергну вас энергетическому лечению всего за 15 долларов.
Приготовьтесь к сеансу: снимите туфельки и чулки, а я выйду, чтобы не смущать вас, да к тому же отдам кое-какие распоряжения относительно других пациентов.
С этими словами он вышел из кабинета, а когда вернулся, девушка уже стояла разу-
тая и без чулок. Профессор велел встать на коврик посреди комнаты, а когда она выполнила просьбу, подошел к ней вплотную, стал водить по голове и лицу кончиками пальцев, закрывая глаза и откидывая голову назад. В тех местах, где профессор касался тела девушки, ее совершенно явственно что-то кололо и дергало!
– Что это меня колет? – испуганно пролепетала пациентка.
– Это самое оно и есть – электрическая энергия, испускаемая моим организмом! –
медленно произнес профессор, не открывая глаз и продолжая манипуляции. – Не
бойтесь милочка, сейчас заканчиваем.
По окончании сеанса пациентка поблагодарила целителя и в конце произнесла
со смехом:
– Вот ведь я дурочка: всю дорогу ломала голову, как буду объясняться с французским профессором – я же ни слова не знаю по-французски! Авы, оказывается, по-английски говорите, почти как янки!
Этот простодушный комплимент произвел странное действие. Целитель вдруг заговорил, грассируя «по-французски» и коверкая слова:
– Мой долго был Аустралия, там учить и говорить английский, – втолковывал он пациентке, тесня ее к двери в приемную.
Если бы он знал, кто вышел из его кабинета, то бросил бы все и, сев на первый поезд,убрался бы из Нью-Йорка куда подальше. Но, к своему несчастью, он понял это только утром следующего дня, когда развернул свою любимую газету «The World».
Профессор узнал, что в образе наивной «девушки из Олбани» его посетила сама мисс Нелли Блай, «Леди Сенсация», звезда жанра скандального газетного репортажа.
Читать далее

Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Автопортрет

Один из основателей Братства прерафаэлитов Уильям Холман Хант родился 2 апреля 1827 года в Чипсайде (Лондон) в небогатой семье кладовщика, отличавшегося пуританской строгостью. С детства настольной книгой Ханта стала Библия, за чтением которой он проводил многие часы. Изначально вторым именем художника было Хобман, но он заменил его на Холман.
Отец художника бы книгочеем и любил живопись. Он поощрял занятия сына искусством, но исключительно в качестве хобби, а не профессии. В возрасте двенадцати с половиной лет Ханта определили клерком в контору, поэтому он имел возможность обучаться живописи только в свободное время. Однако в шестнадцать лет Хант бросил работу в конторе и начал зарабатывать на жизнь копиями с чужих картин и недорогими портретами. В 1844 году после двух неудачных попыток Ханта наконец-то приняли с испытательным сроком в Школу искусств при Королевской Академии, где он познакомился с Миллесом.
Учась в Школе, Хант испытал сильное разочарование современным состоянием британского искусства, в котором ничто не поражала и не восхищала его. Тогда же он познакомился с трудом Рескина «Современные художники» и был полностью захвачен его идеями. Под влиянием идей Рескина Хант выработал свое представление о том, какой должна быть современная ему живопись. Он хотел привнесет в современное искусство дух проповедничества, морально-назидательный смысл, когда картина говорит больше, чем на ней изображено.
Хант полагал, что возрожденное искусство должно сопровождаться возвращением к утраченным религиозным и моральным идеалам, ставшим целью и главной составляющей работ художника. Он насыщал религиозными аллюзиями свои бытовые жанровые картины, вводя в сюжетную ткань множество деталей, позволяющих толковать их более широко, видеть в них не только современную историю, но и извлекать некий моральный урок.
В этом смысле Хант являлся в большей степени проповедником, чем живописцем. Поэтому друзья называли его «Великим священником прерафаэлитов».
Читать далее

P.S. Кстати, в старой транскрипции на русском имя художника писалось как Гольмен Гунт (Гент).
P.P.S. Репродукции многих замечательных картин Ханта активно гуляют по сети, поэтому в этом посте я не стремилась собрать все. Акцент сделан именно на биографии художника.

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Энни Миллер принадлежала к тем, кого в викторианскую эпоху называли низкорожденными. Мать девочки умерла вскоре после ее рождения, оставив детей на попечения отца, бывшего солдата. Когда его здоровье пошатнулось, девочка и вместе с сестрами переехала к дяде, ремонтирующему обувь, и тете-прачке. Заработок в этой семье был крайне скудным. Детство будущей модели прерафаэлитов описывали как ужасающе бедное и антисанитарийное. Говорили, что Энни, отличавшаяся диким нравом, и ее сестры постоянно были немытыми и покрытыми вшами.
По одной из версий, Энни Миллер жила в подвале одного из лондонских пабов, в котором работала барменшей. Ее первооткрывателем для искусства стал Холман Хант, фактически подобравший девушку с улицы.
Впервые перед публикой Энни предстала на знаменитой картине Ханта «Пробудившийся стыд», затрагивающей щекотливую для викторианской морали тему женщины на содержании.


Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Мэриан Кольер. Портрет Джона Кольера

Художник родился 27 января 1850 года в семье сэра Роберта Кольера, первого барона Монксуэлла, который был известным и уважаемым судьей, а в свободное время увлекался живописью, и его жены Изабеллы. Джон был младшим сыном, поэтому титул унаследовал его старший брат Роберт.
Джон Кольер поллучил престижное образование в Итоне и Гейдельбергском университете. Поощряемый отцом, он обучался живописи в лондонской Школе Слэйда у Эдварда Пойнтера, позднее – в Париже в мастерской Жана-Поля Лоренса и Мюнхене. Однако чаще всего его упоминают как одного из самых талантливых учеников Альма-Тадемы.
В 1879 году Кольер породнился со знаменитым английским зоологом Томасом Генри Хаксли (за свои яркие выступления в защиту теории Дарвина Хаскли заработал прозвище «Бульдог Дарвина»), женившись на его дочери Мэриан.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Константин Маковский говорил о себе: «Я не зарыл своего богом данного таланта в землю, но и не использовал его в той мере, в какой мог бы. Я слишком любил жизнь, и это мешало мне всецело отдаться искусству».
Любил он и женщин. Тем более лучшие красавицы наперебой позировали художнику.
Еще в 1860 году у Маковского родилась внебрачная дочь Наталья, плод недолгого студенческого увлечения, носившая фамилию Лебедева. Лишь в 1877 году девушке дозволили взять фамилию отца "без сопричисления ее к дворянскому роду этой фамилии".
11 ноября 1866 года художник женился на артистке драматической труппы Императорских театров в Санкт-Петербурге Елене Тимофеевне Бурковой (сценическая фамилия Черкасова), внебрачной дочери графа В.А. Адлерберга, бывшего министром Двора при Николае I. Это был счастливый брак людей, имеющих общие интересы и духовные запросы. Она неплохо рисовала и, подобно мужу, страстно увлекалась музыкой. Композиторы, певцы, пианисты любили бывать в доме молодой четы. Особым уважением у них пользовались члены содружества «Могучая кучка».
Это был счастливый брак, но счастье длилось недолго. Сначала почти сразу же после рождения в 1871 году умер сын Владимир. В том же году у Елены обнаружили туберкулез. Врачи говорили, что спасти ее может теплый сухой климат, и Маковский повез жену в Египет. Однако ничего не помогло, и в марте 1873 года художник овдовел.
Однако безутешным вдовцом Константин Маковский оставался недолго.
D 1874 году на болу в Морском корпусе он встретил пятнадцатилетнюю Юлию Павловну Леткову, приехавшую в Петербург поступать в консерваторию. Вот что писал о встрече своих родителей, основываясь на воспоминаниях матери, Сергей Маковский, знаменитый художественный критик, поэт, издатель журнала «Аполлон»: «Это был ее второй бал, На первом, «лицейском», с великими князьями, Петербург уже заметил ее, и танцевала она до упаду. Она была очень красива. Отец влюбился с первого взгляда и не отходил от нее весь вечер. На следующий
день влюбленный «профессор живописи» пригласил всех к себе — помузицировать. Он пел под аккомпанемент Свирского — талантливого любителя-пианиста — романс Чайковского:

Нет, только тот, кто знал свиданья жажду,
Поймет, как я страдал и как я стражду.

К ужину Константин Егорович повел юную Леткову под руку и, усаживая за столом рядом с собою, громко сказал — так, чтобы все слышали:
— Вот и отлично. Будьте у меня хозяйкой. Так началась их помолвка».



Маковский К. Е. Головка (портрет Ю.П.Маковской). 1890-е
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Джейн Берден, воплощение идеала прерафаэлитов, родилась 19 октября 1839 года в Оксфорде. Ее отец Роберт Берден был конюхом на извозчичьем дворе, расположенном по адресу Холиуелл-стрит, 65, а неграмотная мать, скорее всего, работала прислугой. Семья жила в одном из многочисленных небольших стандартных домов города.
Джейн не отличалась традиционной красотой, но притягивала внимание как раз своей непохожестью на других. Она была высокой, смуглой, стройной. С длинной шеей, густыми темными бровями и копной густых черных вьющихся волос. Ее как будто окутывала атмосфера таинственности.
В октябре 1857 год Джейн со своей сестрой Елизаветой пошла на выступление театра Драри-Лейн, где девушку заметили Данте Габриэль Россетти и Эдвард Бёрн-Джонс, которые входили в группу художников, писавших фрески в Оксфордском союзе по мотивам Артуровского цикла. Они были поражены её красотой и уговорили позировать. Сначала Джейн была моделью для королевы Гвиневры у Россетти, потом она позировала Уильяму Моррису для картины «Прекрасная Изольда» ( ее еще называют "Гвинервой").



Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Д. Ф. Уотс. Портрет Джулии Маргарет Камерон

Знаменитый английский фотограф Джулия Маргарет Камерон (11 июня 1815 – 26 января 1879 год) викторианской эпохи родилась в Калькутте в семье чиновника Ост-Индской компании Джеймса Пэттла и французской аристократки Аделины де Л'Этан. Училась в Индии и в Париже.
В Калькутте в 1838 году она вышла замуж за юриста и владельца чайных плантаций Чарльза Хэя Камерона, который был на 20 лет старше ее.
В 1848 году, когда было образовано Братство Прерафаэлитов, Чарльз Камерон ушел на пенсию, и после длительного пребывания в Индии супруги перебрались в Лондон. Спустя некоторое время миссис Камерон нашла применение своей энергичной и деятельной натуре в окружении своей сестры Сары Принсеп.
В Маленьком Голландском Домике миссис Принсеп собирались мужчины, для которых поиск и созерцание Идеала и Красоты было основным занятием: Теннисон, Браунинг, Миллес, Россетти, Берн-Джонс и Уоттс.
В 1860 году семья Камеронов переехала на остров Уайт, чтобы быть поближе к семье Теннисона. На острове жизнь семьи Камеронов состояла из сельских и интеллектуальных утех, но через некоторое время Джулия Маргарет впала в депрессию. 1863 год стал поворотным в жизни Джулии, ее дочь подарила ей камеру. "Я страстно желала запечатлеть всю красоту, которая проходила передо мной", - писала Джулия, - и наконец мое желание было удовлетворено". Она сильно увлеклась фотографией и это оставалось ее страстью в последующие 12 лет.
Читать далее
P.S. Фотографий много=)))

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Д. Э. Миллес. Портрет Эффи Грей Рескин

Любовный треугольник – распространенное явление в кругу прерафаэлитов. Самый известный, пожалуй, - Данте Габриэль Россетти – Джейн Берден Моррис- Уильям Моррис. Не менее известный и, наверное, даже более скандальный – Джон Эверетт Миллес – Эффи Грей – Джон Рескин.
Эфимия (Эффи) Грей родилась 7 мая 1828 году в Перте в доме, который ее отец перекупил у отца Джона Рескина. Их семь поддерживали неплохие отношения, поэтому Рескин мог наблюдать за тем, как взрослеет и расцветает Эффи. Между ними была разница в 9 лет.
Возникала и взаимная симпатия. Для Эффи Джон Рескин написал фантастический роман «Король Золотой Реки». Связь между ними поощрял отец Эффии, да и родителям Рескина девушка показалась подходящей будущей женой для сына.
20 апреля 1848 года они поженились. И была первая брачная ночь, в которую обнаженное тело Эффи по какой-то причине шокировало Рескина и не позволило ему выполнить свой супружеский долг. Эффи оставалась девственницей на протяжении всего их брака.
Эффи пыталась подтолкнуть мужа к нормальной семейной жизни и хотела ребенка, но он находил разные причины для отказа от постели. Например, он говорил, что ненавидит детей и не предназначен воспитывать их, что беременность и роды могут изуродовать тело жены, что плотская связь – это грех и т. п.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора После замечательного материала, которым поделилась с нами Мадлена_де_Робен, хочется немного развить тему о Саврасове.
Очень часто можно услышать утверждения о том, что Саврасов – спившийся художник-неудачник, написавший только одну-единственную хорошую картину, к повторению которой не раз возвращался. И постоянно у меня возникает желание не то чтобы доказать обратное, но хотя бы поспорить по этому поводу. Согласиться, что «Грачи прилетели» - вершина творчества Саврасова, но отнюдь не единственная хорошая картина, написанная художником, что его живописное и графическое наследие составляет где-то около трехсот работ, что при печальном конце в его жизни было и немало взлетов. И порассуждать о том, что без опыта и примера Саврасова не было бы прекрасных пейзажей Левитана.



Перов В. Г. Портрет художника А.К.Саврасова

Алексей Кондратьевич Саврасов родился 12 (24) мая 1830 года в Москве в семье небогатого торговца-галантерейщика, жившего в Гончарной слободе на Швивой горке. Детские годы Алексея прошли в основном в заповедных уголках Замоскворечья. Влечение к искусству пробудилось рано, но путь в большое искусство оказался нелегким.
В 1844 году Алексей поступает в Московское училище живописи и ваяния (МУЖВ). В "московской академии" царил демократический дух. Однако в том же, 1844 году, Алексей, по-видимому, из-за болезни матери, был вынужден прекратить учебу. И только в 1848 году, благодаря помощи учеников МУЖВ и преподавателя Карла Рабуса, а также просвещенного обер-полицмейстера Москвы генерал-майора И.Д. Лужина, он смог продолжить образование в пейзажном и перспективном классе училища, возглавлявшемся Рабусом. Более тридцати пяти лет проведет Саврасов в училище живописи, ваяния и зодчества.
Становление художника происходило очень быстро. Уже в 1848 году был отмечен в отчете Московского художественного общества как ученик, "представивший лучшие эскизы".
Читать далее

Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Тина Модотти стала одной из первых женщин-фотографов XX века. При этом она стала коммунисткой – искренней, страстной, целиком посвятившей себя и свое искусство делу революции. В Мексике Модотти подружилась с Диего Риверой, Хосе Ороско, Давидом Сикейросом. Именно ее фотографии, запечатлевшие их монументальные росписи, принесли этим художникам мировую известность.



Ассунта Аделаида Луидже Модотти родилась в городе Удино на севере Италии около 1896 года. Точная дата рождения неизвестна. Ее подруги называли разные цифры. Сама она почему-то этот вопрос обходила. Возможно, ее не устраивал день или число.
Тина была второй из шестерых детей.
Некоторое время семья Модотти проживала в Австрии, куда выезжал на заработки отец, Джузеппе Модотти, владевший достаточно редкой на те времена профессией автомеханика. Вернувшись домой и вновь потеряв работу, он, как и десятки тысяч других итальянцев, вынужден был податься на заработки в США, со временем осев в Сан-Франциско.
Тина осталась дома с матерью-прачкой, обреченная на бедное, голодное детство. В десять лет она поступает на ткацкую фабрику с двенадцатичасовым рабочим днем и мизерной зарплатой, на которой в течение нескольких лет держится существование ее семьи. В пятнадцать лет попадает в полицию по обвинению в проституции. Еще через четыре года, в 1920 году, отец, работавший в мастерских Фриско, сумел поднакопить денег, и помочь своей девятнадцатилетней дочери, сменившей череду католических имен на звучное "Тина", перебраться к себе в Америку. Здесь она по-прежнему работает на ткацкой фабрике.
Через некоторое время ей удается устроиться портнихой в модное ателье, в котором Тина знакомится со своим первым мужем, французским художником Робо де Л'Абри. Для своего первого избранника Тина навсегда осталась прекрасным ангелом, красавицей из сна, которая никогда в жизни не держала в руках ничего тяжелее цветов.
Читать далее

По материалам сайтов:
Читать далее

Фотографии пойдут отдельным постом.

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Эдуард Мане. Портрет Викторины Меран

Безусловно, одной из любимых моделей Эдуарда Мане была Викторина Меран. Быть может, ее даже можно назвать самой любимой моделью художника, так как позировала она для самых смелых, скандальных (для своего времени, разумеется) и знаменитых его полотен.
Викторина Мёран родилась в Париже в семье гравёра Жана-Луи-Этьенна Мёрана и его жены Луизы-Терезы в 1844 году. Её дядя был скульптором, а сама она хорошо играла на гитаре. Кроме этих фактов о юности и образовании Викторины Мёран известно немного. Амбруаз Воллар описывал её как своенравное существо, разговаривавшее как парижские уличные женщины. С декабря 1861 по январь 1863 г. она работала моделью в мастерской художника Тома Кутюра. Мане познакомился с ней в 1862 г., когде ей было 18 лет. Она позировала ему для таких известных картин, как:

Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Пост служит дополнением к ВОТ ЭТОМУ сообщению и посвящается Marina_OK. Вооот=)



Эдвард Коули Берн-Джонс родился 28 августа 1833 года в Бирмингеме в скромной семье рамочника-золотильщика. Мать художника умерла спустя неделю после рождения сына, и это наложило отпечаток на его взаимоотношения с отцом, который первое время не мог видеть младенца, считая его причиной смерти любимой жены.
С раннего детва мальчик жил в мире собственных грез и фантазий, скрываясь в нем от равнодушия окружающих и скуки провинциальной жизни. Первые двадцать лет жизни Берн-Джонса прошли в Бирмингеме, а самыми яркими впечатлениями стали торжества по случаю коронации королевы Виктории 20 июня 1837 года. В возрасте одиннадцати лет Эдвард был принят в школу короля Эдуарда VI. Согласно архивам школы, он был одним из первых учеников и выиграл много призов, особенно по математике. Юноша также проявил талант к рисованию, делая многочисленные карикатуры на преподавателей. С 1848 года он посещал вечерние курсы в государственной школе рисунка.
В 1853 году Берн-Джонс поступил в Эксетер-колледж Оксфорда, одного из старейших университетских городов Англии, где изучал теологию, намереваясь в дальнейшем стать священником. В стенах колледжа он познакомился с Уильямом Моррисом, ставшего на долгие годы его другом и единомышленником. Молодых людей связала общая любовь к искусству и увлечение Средневековьем, в котором они видели источник творческого вдохновения.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора ГЕРЦОГ РЕЙХШТАДТСКИЙ

Из светлого круга печальных невест
Не раз долетали призывы.
Что нежные губы! Вздымались до звезд
Его молодые порывы!

Что жалобы скрипок, что ночи, как мед,
Что мертвые статуи в парке?
Иному навстречу! Победа не ждет,
Не ждут триумфальные арки.

Пусть пламенем пестрым кипит маскарад,
Пусть шутит с ним дед благосклонный,
Пусть кружатся пары, - на Сене парад,
Парад у Вендомской колонны!

Родному навстречу! Как пламя лицо,
В груди раскаленная лава.
И нежно сомкнула, вручая кольцо,
Глаза ему юная слава.

Марина Цветаева


Франц, герцог Рейхштадский. Он же - Наполеон Франсуа Жозеф Шарль Бонапарт, король Римский. Он же - Наполеон II. Он же – единственный законный ребенок и наследник императора Наполеона, вошедший в историю под прозвищем «Орленок» (L’Aiglon).



Томас Лоуренс. Наполеон II в детстве

Брак Наполеона с Жозефиной оказался бездетным. Юридически это не составляло проблемы, поскольку конституция XII г. разрешала императору усыновлять детей и внуков своих братьев. Проблема была чисто человеческая: Наполеону хотелось передать корону родному сыну, тем более что он убедился в своей способности иметь потомство - от любовной связи со знатными дамами Элеонорой Денюель де ла Плень и графиней Марией Валевской родились внебрачные дети. От Элеоноры - сын Леон, а от графини Марии - сын Александр-Флориан-Жозеф-Колона. Наполеон решил развестись с Жозефиной, с которой накануне коронации вступил в церковный брак. Не составило труда получить у папы разрешения на развод. Но с выбором невесты возникли сложности.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Энтони Фредерик Огастес Сэндис родился в 1832 году в Норвиче в семье художника. Первоначально его фамилия была «Сэндс», но впоследствии он изменил ее, добавив одну букву для «благозвучия».
С 1846 года Сэндис посещал норвичскую Школу рисунка. В начале 1850-х годов перебрался в Лондон, оставив в Норвиче свою первую жену.
В 1857 году двадцатипятилетний художник обратил на себя внимание карикатурой «Кошмар» на картину Миллеса «Грезы былого», в которой высмеял прерафаэлитов.



Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Женщины, вращавшиеся в кругу художников-прерафаэлитов, не только позировали мужчинам, но и сами чаще всего рисовали. Пожалуй, самой известной (не считая Лиззи Сиддал, разумеется) и успешной среди этих художниц-прерафаэлитов была Мария Спартали Стиллман.



Мария Ефросинья Спартали (10 марта 1844 – 6 марта 1927 года) была младшей дочерью в семье Ефросиньи и Михаила Спартали, богатого купца и греческого консула в Лондоне. Ее кузинами были Мария Замбако и Аглая Коронио. Их троих, известных своим греческим происхождением и удивительной красотой, друзья называли Тремя Грациями. Чарльз Эльджернонон Суинберн говорил о Марии: «Она настолько прекрасна, что мне хочется сидеть и плакать».
Живописи Мария Спартали училась под руководством Флрда Мэдокса Брауна вместе с его дочерьми Люси и Кэтрин и сыном Оливером. Также она позировала для картин Берн-Джонса, Россетти, Уистлера и других хужожников. Сама Джулия Маргарет Камерон сделал несколько ее фотографий.
В 1871 году, несмотря на протест родителей, Мария вышла замуж за американского журналиста и художника Уильяма Стиллмана. Она стала его второй женой, а его первая жена покончила с собой, оставив его вдовцом с тремя детьми на руках.
Работа мужа в качестве иностранного корреспондента привела к тому, что они постоянно находились в разъездах между Лондоном, Флоренцией, Римом, а также путешествовали в Америку. Между прочим, Мария Спартали Стиллман стала единственным художником-прерафаэлитом, которому удалось поработать в Соединенных Штатах.
Родная дочь Марии Ефросинья (Эффи) и падчерица Лиза стали художницами. Ее сын Майкл стал архитектором.

Вот такой Марию Спартали Стиллман можно увидеть на чужих полотнах:

Читать далее

Сюжеты ее собственных работ были вполне типичными для прерафаэлитов. Они рисовала прекрасных женщин, писала картины по мотивам Шекспира, Петрарки, Данте и Боккаччо, а также – итальянские пейзажи. Участвовала во многих выставках.
Вот такое живописное наследие оставила нам сама Мария Спартали Стиллман:
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Эвелин де Морган родилась 30 августа 1855 года в Лондоне. Она была старшим ребенком в богатой аристократической семье. Отец художницы, Персиваль Андре Пикеринг, был преуспевающим адвокатом, а мать, Анна Мария Вильгельмина, приходилась сестрой живописцу Джону Роддэму Спенсеру Стэнхоупу.
Эвелин получила прекрасное домашнее образование, а с 15 лет начала брать уроки рисунка. Родители считали, что для девушки из хорошей семьи важнее всего было удачно выйти замуж, однако сама Эвелин придерживалась на этот счет другого мнения. Она с детства мечтала о карьере художницы и в тайне от родителей занималась живописью под руководством своего дяди, который, вероятно, и познакомил ее с творчеством прерафаэлитов.
В 1873 году она поступила в Школу искусств Слэйда в мастерскую Пойнтера, где была одной из лучших женщин-студентов. В 1875 году после окончания школы Эвелин отправилась вместе с дядей в путешествие по Италии, посетила Рим, Перуджу, Ассизи и Флоренцию, где изучала произведения художников Раннего Возрождения. Особое впечатление на нее произвела живлпись флорентийской школы, и, в первую очередь, творчество Сандро Боттичелли, стиль и живописная манера которого отразилась в ее полотне «Флора» (1894).


Читать далее

lucinema_studio (Live_Memory) все записи автора

Еще со студенческих времен у меня осталась нежная влюбленность в необыкновенно красивые и светомузыкальные работы чешского фотографа Йозефа Судека.

Вот он - этот маленький, сутулый, однорукий старик, со смешно торчащими ушами, с огромной фотокамерой на плече. Он поднимается на вершину холма, чтобы оттуда сделать панорамные фотографии своего любимого города - Праги.

  читать и смотреть

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Форд Мэдокс Браун родился 16 апреля 1821 года в Кале, в семье отставного корабельного казначея, шотландца по национальности. В 1836 году отправился учиться в Европу. Сначала в Брюгге, где он брал уроки рисунка у одного из учеников Давида, а позднее перебрался в Антверпен, где учился в мастерской Густава Вапперса. Здесь он освоил самые разные художественные техники – фреску, масляную живопись, акварель, пастель, литографию и другие виды гравюры. Уже первая его большая картина «Казнь Марии Шотландской» (1840) явилась демонстрацией зрелого мастерства художника.



Ф. М. Браун. Автопортрет

Вскоре Браун перебрался в Париж, где поддался обаянию французской романтической живописи с ее увлечением литературными сюжетами, энергичным мазком и смелым колоритом.
Своеобразным отражением его новых эстетических предпочтений стала картина «Манфред на вершине Юнгфау» (1842), написанная на сюжет поэмы Байрона.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Бланка Кастильская

Бланка Кастильская родилась в 1188 году. Она была дочерью Альфонса VIII Кастильского и Алиеноры Английской. В 1200 году в двенадцатилетнем возрасте она вышла замуж за Людовика, старшего сына и наследника Филиппа Августа. Брак их был заключен в надежде на скорое восстановление мира между французским и английским королями, но этого, увы, не случилось.
За это брак стоит благодарить великолепную Алиенору Аквитанскую, которой было около восьмидесяти лет, когда она пересекла Пиренеи с целью привезти супругу наследнику французского престола.
Сначала в жены Людовику предназначалась другая дочь Альфонса, Уррака. Но Алиенора выбрала именно Бланку. Существует забавное объяснение подобной замены. Будто бы приближенные Алиеноры утверждали, что французы никогда не привыкнут к принцессе, носящей такое странное испанское имя как Уррака, тогда как Бланка легко превратится в королеву Бланш.
И все таки хочется верить, что Алиенора делала свой выбор сознательно, так как Бланка унаследовала очень многие качества своей легендарной бабки.
Читать далее

P.S. Тема абсолютно не моя. Хотя, казалось бы, период очень мне близок, ведь моя тема - Русь в XIII веке. А вот в данном случае нашла изображения (давно нашла), а откуда именно они, сказать не могу. И из-за этого очень стыдно. Если подскажете, буду от всей души благодарна.

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Выполняю обещание, данное в посте об "Офелии" Миллеса=)

Невозможно рассматривать историю движения прерафаэлитов без истории взаимоотношений его главного вдохновителя и идеолога Данте Габриэля Россетти и Элизабет Сиддал.




Портреты Лиззи Сиддал, написанные Данте Габриэлем Россетти

Лиззи Сиддал являлась своеобразным феноменом XIX века, ведь она, родившись обычной девушкой, принадлежащей к рабочему классу, смогла в итоге стать одной из самых известных и узнаваемых фигур блестящей викторианской эпохи.
Поэтесса, художница, натурщица и муза, она была той основой, на которой долгое время базировалось все искусство прерафаэлитов. Ее окружали такие художники, как Уолтер Хоуэлл Деверелл, Джон Эверетт Миллес, Уильям Холман Хант. Ей покровительствовал сам Джон Рескин, считавший ее гением. И, быть может, самое главное, ее мужем был Данте Габриэль Россетти.

Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора В декабре 1893 года очередной номер журнала «Стрэнд», как известно, поверг в траур всех британских поклонников Великого Детектива: безжалостный автор свел его на краю Райхенбахского водопада со злым гением лондонского преступного мира профессором Мориарти и похоронил обоих на дне пенящейся пучины.
Конан Дойл не пожалел красок для описания противника своего героя:

«Он - Наполеон преступного мира, Уотсон. Он - организатор половины всех злодеяний и почти всех нераскрытых преступлений в нашем городе. Это гений, философ, это человек, умеющий мыслить абстрактно. У него первоклассный ум. Он сидит неподвижно, словно паук в центре своей паутины, но у этой паутины тысячи нитей, и он улавливает вибрацию каждой из них. Сам он действует редко. Он только составляет план. Но его агенты многочисленны и великолепно организованы. Если кому-нибудь понадобится выкрасть документ, ограбить дом, убрать с дороги человека - стоит только довести это до сведения профессора, и преступление будет подготовлено, а затем и выполнено. Агент может быть пойман. В таких случаях всегда находятся деньги, чтобы взять его на поруки или пригласить защитника. Но главный руководитель, тот, кто послал этого агента, никогда не попадется: он вне подозрений».



Профессор Мориарти. Иллюстрация Сидни Пейджета

Дойл наделил своего профессора склонностью к математике - чертой, которую подсмотрел у своего друга генерал-майора Дрейсона. (Впрочем, у энтузиастов-холмсианцев есть на примете и другие кандидатуры.) Считается, что имя свое профессор получил от некоего Джорджа Мориарти, о котором в 1874 году то и дело писали лондонские газеты в связи с совершенным им покушением на жену. Предположение это кажется маловероятным, поскольку фамилия Мориарти была достаточно распространенной - даже среди преступников упомянутый Джордж был не единственным Мориарти. В прессе той поры эта фамилия встречается достаточно часто. Да и вряд ли Конан Дойл стал бы ворошить криминальную хронику, чтобы выбрать имя для своего злодея. К тому же существовали и другие Мориарти. Например, в 1880-х некто Джеймс Мориарти был казначеем Земельной лиги. А в июне 1893 года появилось сообщение в печати о назначении преподобного Джеймса Х. Мориарти капелланом и военно-морским инструктором на учебный корабль «Боскоуэн» в Портленде.
Сам Конан Дойл в повести «Долина страха» вложил в уста Шерлока Холмса сравнение профессора со знаменитым «ловцом воров» и главой преступного синдиката Джонатаном Уайльдом, повешенным в 1725 году. Однако есть все основания полагать, что неуловимый король лондонского преступного мира профессор Мориарти основными своими чертами обязан отнюдь не Джонатану Уайльду Великому, а знаменитому Адаму Уорту, о чем - согласно одному из ранних холмсоведов Винсенту Старрету - сам сэр Конан Дойл упоминал в беседе с доктором Греем Чандлером Бриггсом.
Читать далее
© Светозар Чернов
Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора В 1860 году Джон Эверет Миллес написал свою знаменитую картину «Черный брауншвейгец», посвященную теме любви и разлуки в период Наполеоновских войн.



Получив тяжелое ранение в битве при Йене и Ауэрштедте в 1806 году, умер законный герцог Брауншвейга Карл Вильгельм Фридрих, а само герцогство было аннексировано Францией и присоединилось к Вестфальскому королевству, отданному Жерому Бонапарту.
Сын умершего герцогства Фридрих Вильгельм не только не смирился с потерей наследственных прав, но и собрал войска, который участвовали в военных действиях против Наполеона сначала на стороне Австрии, а после – на стороне Англии. Принято считать, что браунгшвейцы выбрали в качестве цвета униформы черный в память о своем герцоге и о трагедии, произошедшей с их родиной.
Миллес изобразил на картине сцену прощания молодого офицера в черной форме кавалериста-брауншвейгца и юной девушки в жемчужно-белом бальном платье, упрашивающей своего возлюбленного остаться и пытающуюся удержать дверь, которую тот тянет на себя.
Упрашивает не только она, но и черная собачка с красным бантом. Красный бант мы видим и на рукаве атласного платья девушки. Могут ли эти банты символизировать кровь, которая в скором времени прольется?
По всей видимости, у Миллеса возникло желание изобразить подобный момент прощания в связи с рассказами о знаменитом бале герцогини Ричмондской, состоявшемся в ночь перед битвой у Катр-Бра. Офицеры покидали этот бал, чтобы присоединиться к войскам…
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Загадкой живописи Жузефы Обидушской для искусствоведов и сегодня является то, как, никогда не покидая стен Обидуша, она прекрасно знала и чувствовала каноны и приемы современного изобразительного искусства, казалось, ей знаком весь мир.
Родилась Жузефа в Севилье, в 1630 г. в семье выдающегося художника из Обидуша Балтазара Гомеша Фигейры и его супруги Доны Катарины де Айала и Кабрейра. Семья вернулась в Португалию в 1632 г., Балтазар Фигейра участвовал в сопротивлении и был в рядах сочувствующих герцогу Браганса, а потому в столице Андалусии оказался персоной «нон грата». Неясно, сразу ли девочка приехала с родителями в Португалию, или провела годы младенчества с бабушкой. Ясно лишь, что когда в 1640 г. Португалия восстановила независимость от Испании, и на престол взошел Жуан IV, Балтазар Фигейра вернулся со всей семьей (Жузефой и ее сестрой Луизой) в родной Обидуш и стал жить в усадьбе Да Капелейра.
Девочке в ту пору было всего десять лет, и уже с такого нежного возраста стала всем очевидна ее склонность и талант к изобразительным искусствам: живописи и гравюре по металлам.
В 1653 г. Жузефа выполнила гравюру для издания Статутов Коимбры. Затем она работала над росписью церквей и конвентов и была портретистом королевского семейства. Ее кисти принадлежат портреты Марии Франсишки Изабел Савойской, супруги Афонсо VI и затем Педро II, а также ее дочери, инфанты, невесты Витора Амадеу, герцога Савойского (для жениха и был написан портрет).
Картины Жузефы украшали влиятельные монастыри Алкубасы, Батальи и Эворы, и конечно церкви Обидуша, более всего церковь Св.Петра, где похоронена художница. Существуют ее работы в небольших церквях Пениша, Торреша Ведраша и др. окрестных провинциальных городков.
Любимым мотивом художницы было изображение цветов и фруктов: в натюрморте ей нет равных, пожалуй, за всю историю португальской живописи. Гравюры по металлу также приобрели известность. Популярность при жизни была огромна: очень многие аристократы, следовавшие на воды первого термального курорта в Калдаш да Раинья, сворачивали с пути, чтоб заехать в Обидуш и засвидетельствовать Жузефе свое почтение.
Жузефа обидушская стала самой яркой фигурой в португальском изобразительном искусстве XVII в. и ведущей художницей раннего барокко. Для нас она навсегда останется загадкой, «незнакомкой», т.к. автопортрета, увы, не оставила…

Источник

Удалось найти следующие ее работы:

Поклонение пастухов

Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора

Автопортрет. 1577

Николас Хиллиард – знаменитый английский художник, ювелир и иллюстратор манускриптов. Набольшую известность ему принесли портретные миниатюры придворных Елизаветы I Тюдор и Якова I Стюарта.
На протяжении всей жизни и творческой карьеры Хиллиарду сопутствовала слава, сопровождаемая, увы, финансовыми неприятностями. Исследователи отмечают, что по сравнению со многими художниками той эпохи, творчество Хиллиарда было достаточно консервативным, но, тем не менее, его работы – одна из лучших иллюстраций к истории елизаветинской Англии.
Николас родился приблизительно в 1547 году в семье Ричарда Хиллиарда и Лоуренс Уолл. Его отец был ювелиром и глубоко верующим протестантом, а также в 1560 году занимал должность шерифа в Эксетере. Мать происходила из семьи лондонского ювелира.
По всей видимости, в юном возрасте будущий художник попал в дом другого видного эксетерского протестанта Джона Бодли, отца создателя крупнейшей оксфордской библиотеки Бодлейн Томаса Бодли. По крайней мере, когда с восшествием на престол Марии Тюдор Джон Бодли был вынужден отправиться в изгнание, среди его домочадцев в Женеве в 1557 году отмечен и Николас. Именно там он выучил немецкий язык.
В 13 лет Хиллиард написал свой первый автопортрет, а в 18, как говоря, ему позировала сама Мария Стюарт.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора



В литературе ее называют Марией. Она - первая в истории полярная путешественница - стала героиней легенд, стихотворений, романов, кинофильмов, произведений живописи и скульптуры. Создан прекрасный поэтический образ юной женщины, отправившейся в Арктику с любимым мужем и умершей вслед за ним от горя.
В действительности о ней в течение двух с половиной веков не было известно почти ничего. Лишь в 1983 г. установлены основные факты ее биографии и подлинное имя - Татьяна.
Будущая полярная путешественница родилась в 1713 г. в селе Березово Алексинского уезда в семье стряпчего Федора Степановича Кондырева. Мелкопоместный дворянский род Кондыревых известен в тульском крае с 1563 г. , когда Иван Грозный пожаловал Ф. А. Кондыреву имение в Алексинском уезде. Отец будущей путешественницы был среди тех соратников Петра I, которые закладывали новую столицу России и строили первые верфи для кораблей молодого Балтийского флота.
Читать далее

Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Полу-милорд, полу-купец,
Полу-мудрец, полу-невежда,
Полу-подлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец

В XIX веке эпиграммы писали на всех: друг на друга, на царей, балерин и архимандритов. Но по какой-то иронии судьбы хлесткое пушкинское четверостишие — сам Александр Сергеевич впоследствии не рад был, что написал его, — сыграло злую шутку с человеком, который менее других был этого достоин.
Весной 1801 года российский посол в Англии граф Семен Романович Воронцов отправлял сына Михаила на родину, которой тот совершенно не помнил. Ему было чуть больше года, когда отец-дипломат, получив новое назначение, увез семью из Петербурга.



Томас Лоуренс. Портрет Михаила Семеновича Воронцова

… Девятнадцать лет назад, 19 мая 1782 года, граф взял на руки первенца. Через год у Воронцовых родилась дочь Екатерина, а несколько месяцев спустя граф овдовел — его молодая жена Екатерина Алексеевна умерла от скоротечной чахотки. И в Лондон Воронцов прибыл с двумя маленькими детьми. Граф Семен Романович больше не женился, посвятив всю свою жизнь Мише и Кате.
С младых ногтей Семен Романович внушал сыну: любой человек принадлежит прежде всего Отечеству, его первейший долг — любить землю своих предков и доблестно служить ей. А возможно это лишь с твердым понятием о вере, чести и при наличии основательного образования…

Читать далее

Источник

Деметрий (Live_Memory) все записи автора

Поздравляю всех женщин с Международным Женским Днём!

Расскажу о королеве Рании, которая для меня является воплощением образа освобождённой женщины Востока.
В 2003 году Рания аль-Ясин, королева Иордании, была признана самой элегантной женщиной в мире по результатам опроса, который провел через интернет британский журнал "HELLO!".

Рания аль-Ясин, королева Иордании


Отец Рании, врач, после израильской оккупации в 1967 году его родного города Тулькарм на Западном берегу реки Иордан эмигрировал в Кувейт. В Кувейте 31 августа 1970 года и родилась будущая королева Иордании. В 1991 году отцу Рании пришлось бежать вновь: после освобождения Кувейта от иракской оккупации кувейтяне обвинили 300 тысяч живших в их стране палестинцев в сотрудничестве с захватчиками. Семья Ясинов переселилась в столицу Иордании - Амман. Больше половины жителей этого арабского королевства - палестинцы, главным образом беженцы с оккупированных Израилем земель.
Во время кувейтского кризиса Рания была далеко от своей семьи. Она изучала бизнес в Американском университете Каира. Завершив образование, девушка приехала к родителям в Амман, поступила работать в компьютерную фирму. И вскоре в одной компании познакомилась со старшим сыном короля Хусейна, принцем Абдаллой, блестящим 30-летним офицером.
Красивая, обаятельная, образованная девушка пленила принца. Просить руки Рании для своего сына приезжал домой к ее отцу сам король. Свадьбу сыграли 10 июня 1993 года.
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Достаточно интересная статья из журнала «Вокруг света», дающая совершенно иную, чем привычная большиснву, трактовку событий, предшествовавших последней и роковой дуэли Пушкина. Хотя, как лично мне кажется, ряд выводов авторов статей несколько натянут.

Водевиль Идалии, или Полемика вокруг Полетики

Что остается от богини? Мифы. Идалия Полетика в этом смысле оказалась классической. Кроме мифов от нее не осталось ничего, разве что несколько писем да шкатулка с гербом. Символичное наследие! Непризнанная графиня, она словно подбросила свою геральдику тем, кто будет говорить о ней и сто, и двести лет спустя. Внебрачная дочь — это навсегда. И неважно, что впоследствии ее дражайшие родители будут жить в счастливом, безмятежном супружестве. Тот, кто рожден от страсти, остается изгоем всю жизнь, как белый лебедь среди прочих крылатых. И это — не единственная коллизия ее бренного века.
Пушкинисты, настоящие строки не для вас. Не потому, что они посягают на Гения. Это было бы странным занятием. Как можно погасить звезду, которая горит сама по себе? Просто случилось так, что в потоке многочисленных и подчас таких запутанных версий о гибели Пушкина вдруг — сложилась другая. Не про великую интриганку Идалию, подстроившую преддуэльное свидание Наталии Гончаровой с Дантесом. Не про роковую авторессу анонимок о принятии Пушкина в орден рогоносцев. И не про ярую ненавистницу поэта, чья злоба якобы основана на том, что однажды Пушкин, ехавший в карете с Наталией и Идалией, «схватил» последнюю за ногу. Есть и другое объяснение ненависти: будто в жизни поэт «не внимал сердечным излияниям невзрачной Идалии Григорьевны и однажды, едучи с нею в карете, чем-то оскорбил ее»… Наверное, все тем же «хватанием за ногу». Любопытная история. Остается только понять, а была ли вообще карета? Если нет, то получается, что и повода для ненависти не существовало?
Существовал, конечно. Но, скорее всего, не настолько скудоумный. Идалия слыла женщиной обаятельной, выделяющейся «умом и живостью характера», и вряд ли, зная поэта, будучи вхожей в его дом (она доводилась троюродной сестрой Наталии), возненавидела бы его за такую невинную для Пушкина шалость.
Так рождаются мифы. Но оставим спор о «ногах» и посмотрим лучше на то, что очевидно — портрет «невзрачной Идалии Григорьевны». И в этой главке поставим точку.



Портрет И. Г. Полетики работы П.Ф. Соколова (1820-е гг)

Мы любим слушать иногда страстей чужих язык мятежный...
«Евгений Онегин» II, XVIII

Ненависть. Отчего возникла она у одной из самых красивых женщин XIX века? Что возмутило эту богиню с глазами цвета лазури, с умом, исполненным от природы, и таким говорящим именем? (Идалия — один из эпитетов Афродиты.) Тайна эта хранится так далеко, что литературно-критический подход здесь не поможет. Скорее, ключи от сердца, которые тоже нелегко подобрать.
В 1888 году, за два года до смерти Полетики, в Одессу, где она доживала свой век, приезжал первый биограф Пушкина П.И. Бартенев. От встречи с ним Полетика отказалась. Она знала, что он собирает воспоминания о поэте. Знала и отчего-то не преминула сообщить, что желает поехать и плюнуть на воздвигаемый в городе памятник Пушкину. Удивленный Бартенев оставил об этом запись в дневнике. И строчки оказалось достаточно, чтобы впоследствии во всех версиях и гипотезах о гибели поэта рядом с именами Дантеса и Геккерна навсегда вписалось ее имя. Вот уж, правда, эпохальное завершение ее перипетиям…
Читать далее

Источник

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Дочь французского короля Людовика VII и его второй жены Констанции Кастильской Алиса (Адель) родилась 4 октября 1160 года. Констанция умерла от тяжелых родов, а Людовик, отчаянно нуждавшийся хотя бы в одном наследнике мужского пола, уже через пять месяцев после смерти супруги женился в третий раз на Адели Шампанской, которая и подарила ему долгожданного сына – будущего Филиппа II Августа.
А судьба Алисы сложилась, мягко говоря, странно. В 1169 году по соглашению между Людовиком VII и Генрихом II Плантагенетом девочка стала считаться невестой принца Ричарда, которому суждено войти в историю под прозвищем «Львиное Сердце», и отправлена в Англию ко двору своего предполагаемого свекра. В качестве приданного за Алисой давался Вексен.
Отношения в семье Плантагенетов были далеко не идеальными. У повзрослевших принцев, подстрекаемых матерью Алиенорой Аквитанской и хитроумным Филиппом Августом, шли постоянные раздоры с собственными вассалами и настоящая война с родным отцом. Король совершенно не спешил играть свадьбу сына. При дворе Генриха французская принцесса росла и взрослела, превращаясь из ребенка в девушку.



Ричард Львиное Сердце. Миниатюра из средневекового кодекса
Читать далее

NADYNROM (Live_Memory) все записи автора Долгое время эта сфера искусства оставалась недоступной широкой публике, и только в двадцатом веке при ведущих европейских психиатрических клиниках наконец открылись мастерские, в которых пациенты могли заняться живописью, графикой, лепкой и резьбой по дереву. В некоторых городах появились галереи, где выставляются такого рода работы, а в Англии, Франции и Германии созданы специальные музеи, которые пользуются всемирной известностью.
Так, постепенно, современный мир избавляется от предубеждений, настороженности и недоверия по отношению к такого рода работам. Конечно, немалую роль в этом сыграл, как ни странно, и просто коммерческий успех. Так, например, картины Ричарда Дадда (английского художника XIX века, который провел в клинике большую часть своей жизни) в 1985 году были проданы за баснословные деньги. Теперь многие коллекционеры мира мечтают заполучить его работы.
Бедлам! – часто восклицаем мы в сердцах, когда что-то не ладится у нас, валится из рук среди беспорядка и неустроенности.
Прославилось это слово в связи с вполне определенным лечебным заведением Лондона – Вифлеемским госпиталем для душевнобольных (Бетлехем хоспитэл фор инсэйн), построенным как раз напротив Тауэра. Еще в XVIII веке сюда свозили умалишенных и блаженных, а в 1815 году на этом месте построили гигантский госпиталь, являвшийся по тем временам образцовым: здесь душевнобольных не держали в цепях и не морили голодом.
Летом 1844 года в отделение умалишенных уголовных преступников этого госпиталя был доставлен 27-летний Ричард Дадд. Его арестовали неподалеку от Парижа в Фонтенебло, когда он набросился с ножом на пассажира дилижанса, следовавшего из Кале в столицу. На допросе в префектуре Дадд заявил через переводчика, что едет в Вену, чтобы убить там австрийского императора!
Молодой человек в ходе допроса признал также – безо всякого давления со стороны полицейских, – что 28 августа 1843 года убил в лесу своего отца, лорда Дарнли, о чем в Париж уже пришло «сообщение» от английской полиции с просьбой задержать убийцу. Странное поведение молодого человека вызвало у следователей вполне законное подозрение относительно состояния его умственных способностей, и его перевели в приют для умалишенных, а потом отправили в Англию.
Кроме Ричарда Дадда в Бедламе содержалось немало столь же опасных для общества больных. Почему же рассказ идет только о нем? Да потому, что судьба этого молодого человека уникальна в своем роде. Он словно бы бросает вызов, казалось бы, бесспорному утверждению о том, что «гений и злодейство – две вещи несовместные». Так ли это?


Читать далее

_Macbeth_ (Live_Memory) все записи автора Лудовико Ариосто

Наиболее полным и совершенным выражением идеалов так называемого Высокого Ренессанса, его культуры, красоты, гармонии и свободы, стала поэма "Неистовый Орландо" Лудовико Ариосто. Она стала для Чинквеченто примерно тем же, чем для XIV в. была "Божественная комедия". И Данте, и Ариосто жили на рубеже двух эпох, их появление предваряли звезды меньшей величины, поэзия и того и другого явилась синтезом и завершением целой эпохи.

Лудовико Ариосто (1474 - 1533) родился в Реджо Эмилия, где его отец был капитаном крепости. Когда Ариосто было 10 лет, семья перебралась в Феррару. Юноша изучал право в университете по желанию отца, а затем полностью отдался поэзии. В 1500 г. умирает отец, и забота о семье ложится на плечи Лудовико. Военная служба привела его во дворец кардинала Ипполито д'Эсте, брата герцога Альфонсо I. А там был весьма веселый двор. Сам же Ипполито выделялся среди прочих изощренной жестокостью даже и в тот век правителей-убийц. Четырнадцать лет пришлось служить при этом дворе Ариосто, выполняя дипломатические поручения в Мантуе, в Риме... В промежутках поэт пишет комедии и начинает "Неистового Орландо". В 1513 г. папский престол занимает меценат Джованни Медичи (Лев X), однако надежды Ариосто на перемены в судьбе не оправдываются: "Он меня плохо разглядел; став папой, он перестал носить очки".

В 1516 г. был издан "Орландо", однако Ариосто по-прежнему продолжал исполнять поручения кардинала то в Милане, то во Флоренции.

В следующем году, сославшись на слабое здоровье, он отказался сопровождать патрона в Венгрию. Его перевели (причислили) к герцогскому двору, однако Альфонсо I оказался еще похлеще брата. В общем, таким образом Ариосто промаялся до 1525 г., до пятидесяти лет, когда его наконец отпустили в Феррару. Там поэт построил дом, женился на женщине, которую любил еще с юности, развел сад, сообщил всем, что, несмотря на кровавое нашествие на родину врага, он лично намерен вести жизнь частного человека, поскольку, мол, враги приходят и уходят, а поэты остаются... и вправду жил счастливо и плодотворно, но, увы, недолго. Однако за год до смерти, в 1532 г., он издал третью редакцию своей бессмертной поэмы и написал комедию "Сводня". Кроме того, его перу принадлежат многочисленные латинские оды, элегии, эпиграммы.

Его издатель, Пинья, писал: "В элегиях ему свойственна сладость Тибулла не менее, чем вдохновение Проперция, в ямбах <...> он может затмить Катулла". На итальянском же Ариосто писал сонеты, мадригалы к будущей жене:

Когда краса с величьем предстает
Очам и мыслям в пору лицезренья, -
Вам, донна, я не нахожу сравненья.
Я чувствую, меня Амур влечет
Парить чудесно сил моих за гранью...


Знамениты и его семь сатир, написанных терцинами, сатир, в которых досталось Ипполито и которые стали известны только после смерти автора. Правда а них нет ювеналовской беспощадности, они скорее горацианские.

Пускай, кто хочет, при дворе живет,
А я его немедленно покину,
Едва ко мне Меркурий снизойдет.

Когда одно седло на всю скотину,
Кому оно не причиняет зла,
Кому, наоборот, увечит спину.

Так соловей, в отличье от щегла,
Не может долго пребывать в неволе,
Где ласточка б и дня не прожила.

Пусть служит, кто стремится к рабской доле,
Хоть герцогу, хоть папе, хоть царю,
Тогда как я не вижу в этом соли.

Я репу дома у себя сварю
И, уписав с подливкой без остатка,
Не хуже брюхо ублаготворю,

Чем кабаном чужим иль куропаткой.
Не надо мне парчовых одеял,
Когда и под обычным спится сладко.
(Из "Сатиры III". Пер. Евг. Солоновича)


Перу Ариосто принадлежат пять комедий в духе Плавта, эпизод одной из которых ("Подмененные") дал материал для эпизода "Укрощения строптивой" Шекспира. Пьесам Ариосто присуща ренессансная жизнерадостность, юмор, ироническое отношение к действительности, реалистичность детали.

Однако главное место в творчестве поэта принадлежит, разумеется, "Неистовому Орландо". в 1504 г. он начал писать большую поэму, которая, по замыслу, должна была стать продолжением незаконченной эпопеи Боярдо. Однако Ариосто мало заботился о непосредственном развитии событий, поэма разрослась до 46 песен в последней редакции 1532 г. Общий объем ее грандиозен (весь Гомер плюс вергилиева "Энеида").

Это нагромождение эпизодов, сложнейшее переплетение множества сюжетных линий... И тем не менее это чрезвычайно талантливая, гармоничная, выразительная вещь, воплощение гуманистического идеала в художественной словесности, одновременно шутливое, радостное, искрящееся остроумием, непринужденностью, вдохновением.

Пересказать содержание практически нельзя. Это попытался сделать крупный ученый и поэт нашего времени М.Л. Гаспаров. Он перевел "Орландо" верлибром, но читать два огромных тома, изданных в серии "Литературные памятники" невозможно. Вероятно, самое главное - вдохновенная поэтическая октава - убита, и все остальное, оставшееся - сегодня выглядит не более чем скучным, бесконечным анахронизмом.

А между тем сила воздействия "Орландо" на современников и потомков, владеющих итальянским языком такова, что многие и многие: от Шекспира и Сервантеса до Лопе и Пушкина восхищались ею, вдохновлялись, использовали в своем творчестве... Однако не переводил никто, разве что небольшие фрагменты. Так, в классическом советском издании "БВЛ" Ариосто представлен одной сатирой и несколькими страницами фрагментов из "Орландо" в переводе Е. Солоновича, выполненных октавами.

Старайся крылья не испачкать клеем,
Кто угодил в любовный клей стопой.
По мненью мудрых (мы ж свое имеем),
Любовь всегда кончается бедой,
И пожинаем мы, что сами сеем,
Не на манер Роланда, так на свой.
Терять себя, терять из-за другого -
Не в том ли верх безумия людского!

Во что ни выливалось бы оно,
Одна и та же у него причина.
Из этой чащи выйти мудрено,
Туда ль, сюда бросайся - все едино.
Замечу в заключение одно,
Чтоб выглядела полною картина:
Кто продолжает и на склоне дней
Любить - и мук достоин и цепей.

Мне скажут: "Ты? И вдруг нравоученья
Подобные! Ты о себе забыл".
Признаться, я в минуту просветленья
Свой приговор любви произносил.
Что до меня, то жажду исцеленья,
Стремясь к свободе из последних сил,
Но слишком глубоко болезнь гнездится,
Чтоб можно было сразу исцелиться.


А шел Ариосто, конечно, вслед за Боярдо, решительно, правда, переосмысляя заданные образы таким образом, что текст стал гигантской песнью любви всех и вся.

Ариосто вводит в поэму аллегорические фигуры Распри, Обмана, Гнева, сверхъестественных существ, наконец самого Бога в лице архангела Михаила. И, как ни странно, вся эта мешанина не разрушает стилевого единства поэмы, поразительно гармоничной.

Коическое и серьезное в ней переплетено и не мешает ей в то же время достигать иногда и высокой трагедийности. А внутри поэмы как стержень используются эпические описания военных действий: осада Парижа сарацианами, помощь шотландских и английских войск и т.д.

Казалось бы, Ариосто подводит итог лучшей поре итальянского Возрождения, как Данте средневековью. Но в том-то и сила гения, что, подводя итог, он обязательно открывает новое. Так Ариосто открыл путь романтической поэме, тому же Байрону. Больше того, его герои путешествуют не только по Земле, но еще и летают на Луну. И это - путь к Сирано де Бержераку, а через него - к Жюлю Верну и Циолковскому.

Самое интересное, что описывает все эти приключения Ариосто с ясностью и правдивостью очевидца, за что современники и потомки сравнивали его стих с гомеровским.

Сквозь полымем охваченный простор
До новой тверди кони их домчали
И понесли к Луне во весь опор
Пространством гладким, наподобье стали,
Лишенной даже неприметных пор.
Уступит по величине едва ли
Луна последнему средь прочих мест -
Земле, включая океан окрест.

Астольф застыл в глубоком изумленье:
Его Луны размеры потрясли,
Ничтожно малой в нашем представленье,
Когда мы смотрим на нее с Земли,
И то, что можно лишь при остром зренье
От моря сушу отличить вдали,
Которые, не обладая светом,
Едва видны при расстоянье этом.

Другие реки и долины рек
И не такие, как у нас, вершины,
Попав туда, откроет человек;
Там в деревнях чертоги-исполины,
Каких Астольф не видывал вовек,
Хоть странствуют немало паладины;
И нимфы круглый год, не то что тут,
В непроходимых чащах зверя бьют.


А еще Ариосто изобразил и Рай. Рай на Земле, чуть ироничный, зато удобный: с добрым овсом для коня и столом для хозяина. И здесь проявляется еще одно его замечательное качество - ирония. А ирония Ариосто чуть погодя станет обличительным хохотом Рабле.


(из Распопин В.Н. "Лекции по истории зарубежной литературы. Эпоха Ренессанса. Италия".)