okprofi все записи автора

«Пусть вечно живет мой народ, в его памяти я всегда буду жить» 

Комитас

В тысяча восемьсот шестьдесят девятом году
Какие плоды наливались в армянских садах,
Какой урожай созревал на армянских полях? -
Сказать нелегко...
Я ответа уже не найду...
...А в том же году, от лорийских ущелий вдали,
В глубинах затерянных анатолийской земли
Еще один мальчик явился на свет.
В честь него
Надел архалук, сняв передник, сапожник Гево.
И - каждый с бутылкою водки - соседи пришли,
Чтоб в доме отца вместе с ним разделить торжество.

 

 

В 1881 году священник из города Кутины турецкой провинции Анатолия Г.Дерцакян уехал в Эчмиадзин - принимать сан епископа. По просьбе католикоса он должен был привезти с собой голосистого мальчика-сироту - на учебу в Эчмиадзинской духовной семинарии. Из 20 сирот был выбран 12-летний Согомон Согомонян. Поскольку в это время в Кутине запрещалось говорить по-армянски, мальчик говорил только на турецком и на приветствие католикоса Геворка IV ответил: "Я не говорю по-армянски, если хотите - спою". И своим красивым сопрано спел армянский шаракан (духовный гимн), не понимая слов.

Этому мальчику суждено было стать Великим Комитасом -  Маштоцем армянской музыки, основоположником армянской национальной композиторской школы.

Согомон Согомонян приняв сан священника получает  имя католикоса Комитаса - выдающегося поэта VII века, автора шараканов.

Где песни звон, Там был и он... ...Печальна жизнь, как стон, Иль весела -  Одной судьбой с народом песнь жила... ...И вот теперь, когда не отложил Он без ответа ни один вопрос, Он, Согомон, ученье завершил

И Комитасом стал. Комитасом, Чье имя он отныне принимал, В нем чувство преклоненья вызывал -  Ведь это им в далекие года, Пусть с краю, но проложена была Мелодии армянской борозда, Чтоб урожаем будущим цвела. Он был поэтом, Песен был творцом, И музыкантом был он, И певцом...

 Ученый-фольклорист, певец, хоровой дирижер, педагог, музыкально-общественный деятель, им была собрана богатейшая антология армянской крестьянской и древнегусанской песни (искусство певцов-сказителей). 

Всю свою творческую жизнь Комитас Вардапет /архимандрит/ посвятил изучению, очищению, возрождению и профессиональной обработке образцов армянского народного музыкального искусства.

 Ведь это им в далекие года,

Пусть с краю, но проложена была

Мелодии армянской борозда,
Чтоб урожаем будущим цвела.
Он был поэтом,
Песен был творцом,
И музыкантом был он,
И певцом...

 

Для расшифровки хазов (армянских нот) Комитас занялся углубленным изучением духовной музыки, а также близких к ней народных песен. Перед ним встал вопрос - в чем оригинальность армянской песни, армянской музыки. Необходимо было основательное европейское музыкальное образование. И 27-летний Комитас отправляется в Берлин, где поступает в частную музыкальную школу Рихарда Шмидта и одновременно в Королевский университет.

На экзамене у ректора Берлинской высшей музыкальной школы Йозефа Иоахима Комитас показал превосходное знание восточной музыки и композиции. Но он не умел играть на фортепьяно...

 

Чудом сохранилась сделанная в 1912 году в Париже запись,  где мы можем услышать голос самого Комитаса.

 

 

 Сделав несоизмеримо много для отечественной культуры, совершив неоценимый вклад в армянскую культуру своими композиторскими обработками, Комитас оставил после себя чрезвычайно мало образцов собственного творчества, среди которых Литургия ("Патараг"), миниатюры для фортепиано, сольные и хоровые обработки крестьянских и городских песен, отдельные оперные сцены ("Ануш", "Жертвы деликатности", "Сасунские богатыри"). Но даже их анализ составляет достаточно полную картину его творческих принципов и стилистических особенностей его мышления.

 

"Господи, помилуй" -отрывок из "Литургии" Комитаса.

 

Творческую деятельность Комитаса прервали трагические события геноцида - массовой резни армян, организованной турецкими властями. 11 апреля 1915 г. Турки воплощают в жизнь свой давно уже задуманный и подготовленный план уничтожения армянской нации, и начинают свои кровавые действия с интеллигенции. Комитас, вместе со многими своими друзьями и коллегами, был арестован и сослан. Но месяцами тянувшийся этот путь на голгофу был чреват ужасными физическими и моральными потрясениями, от которых мог сойти с ума любой, не говоря уже о музыканте, который не знал иного мира, кроме музыки и песни.

"... Явись, справедливость, Явись ко мне, чтоб Плевком я украсил холенный твой лоб! - Так выкрикнул тот, кто упал, как и все, С расколотым черепом, в красной росе. Так выкрикнул он не теперь, А тогда, Когда кровью пьяная Эта орда С инстинктом, понятным одним дикарям Пожары и пепел несла городам, Сжигала посевы и рушила храм! Теперь же, теперь, когда был не погром, И не избиение, И не резня, А смерть, Целой нации страшный содом, Вихрь смерти сплошной Среди белого дня, -  Забитые дети, мужи, старики, Теперь взять откуда, скажите, плевки, Чтоб в лоб справедливости плюнуть опять - Кто будет плевать И чем будет плевать?- Рот высох и горло в армянской стране, Живых не осталось в родной стороне, коль целую нацию жадно глотал Кривой, ледяной ятагана оскал, По рыжей пустыне Вихрь смерти гонял, Не тайно -  Открыто, Средь белого дня!.. Да был ли у той справедливости лоб? нет, не был! Имела она только зад, Чувствительный зад, Не увидела чтоб, как головы нации целой крушат, Лишенной всех средств жизнь свою защищать..."

"...Так нация, древнейший род, ?!Вот-вот умрет, вот-вот умрет! - Весна! Весна! А снег идет!.. ...Ну как забыть тот черный рок?- Незабываема беда! - Кто позабыть такое мог, Пускай ослепнет навсегда Ни чабаны, ни пастухи В долины не вернулись с гор, Не запоет их дружный хор: - Прохладу горы мне не шлют, Развеять горе не дают!... ...И не было людей в стране... Хоть одного - чтоб в тишине Спел для армян: - Эх, длэ яман! ...Мольбы напрасны - бог не спас!... Одних - распяли в черный час, Других - и женщин и мужчин, Гоня, как стадо, из долин, Как камни скатывал с гор, - Погнали в даль ... куда? В Дер-Зор. Нагие жалкие, без сил, босые дети, старики, Мужчины, женщины - плелись через Арабские пески Путем могил, где каждый шаг Отличен новым трупом был. Своей жестокостью тот путь Голгофу удесятерил!.. ...Чудовищная ночь! она К утру была обагрена Не солнцем - кровью наших ран, Все ризницы святых армян Ограбила, сожгла дотла, Разрушила и разнесла Армянской письменности храм, Что был всего дороже нам, И обрубила ветви все У дерева во всей красе Армянских гениев, Потом Из книги музыки она Страницу вырвала - притом ярчайшую..."

"Дле яман" - армянская народная песня в обработке Комитаса. Исполняет Дживан Гаспарян.

 

Волею судьбы Комитас явился и очевидцем и невероятным чудом выжившей жертвой армянского Геноцида 1915 года. Этой трагедией пропитано все его последующее творчество, и эта же трагедия предопределила дальнейшие 20 лет чудовищных душевных мук постепенно угасающего гения армянской музыки.

Последние 20 лет он провел в Виль-Жуифе - предместье Парижа в больнице для душевнобольных.

"...Искусные пальцы забыли рояль,
Безмолвна заброшенных клавиш печаль!
он вновь в Панкалты в своем доме живет,
Ианкырской тюрьмы удручающий свод
Уже далек от него, но в мозгу...
В мозгу к оболочке клок тьмы прилипал...

 

Последними словами Комитаса были: "Пусть вечно живет мой народ, в его памяти я всегда буду жить". Скончался Комитас 22 октября 1935 г. Через год его прах был перевезен в Ереван, где покоится в Пантеоне деятелей культуры.

 

"И пока есть земля армянская,
Да звучит песнь твоя,
Как огненный зов весны,
Наша Песнь-песней - Комитас!"

 

"Крунк" -Журавль. Исполняет струнный квартет им. Комитаса

 

стихи - отрывки из поэмы Паруйра Севака "Несмолкаемая колокольня".

 

Комитас  – бесконечность. У него нет начала и конца, он вечен. Он вечен, как дух моего народа, как и все Великие, посланные Богом на нашу многострадальную землю.

Это Великий Музыкант, который возродил армянскую культуру, достав из-под наносимой столетиями инородной пыли ту музыку и то слово, которые были рождены армянским народом. 
Великий Мастер, который огранил алмаз, проделав большую и кропотливую работу ювелира-фольклориста. Который восстанавливал, созидал и сохранял. 

Великая Личность и скромный человек, который вобрал в себя армянство, приняв всю красоту культуры, и, умер в старадниях, вместив в себя всю непостижимость боли своего народа. 

Человек, который, когда-то воскресив в себе музыкальную традицию армян, сам воскрес через свой народ - выживший и сохранивший память о нем и его деле.