Пишет он оставшиеся заповедные уголки города и зимой, и летом, в сумерки и на рассвете с каким-то особым, только eмy присущим мастерством и одержимостью. Казалось бы, чего проще скомпоновать на полотне и так уже отобранные временем архитектурные сюжеты? Многие вологодские художники это умеют, чем и традиционно славятся. Но проникнуть глубже в суть обыденных вещей, одухотворить их, раскрыть неповторимый образ дано только очень крупным талантам. Валерий Страхов из их числа.
....
Он, как и многие таланты, не виртуоз в речениях и не мастер в словесных рассуждениях. Зато как говорят краски его картин!
Вот Сухона-река в серой осенней наволоке, а на крутом берегу по-весеннему вспыхнувшие зеленые купола Троицкой церкви в Тотьме, как свечи. Сюжет пейзажа построен неожиданно, на контрасте, зрителя будто холодным ветром пронзает.
А вот вологодская речка Песье-деньга (Иван Грозный, по простодушной легенде, потерявши здесь кошелек, бросил в сердцах: "Да пес с ней, деньгой-то!"). Мерцает темными красками зеркало воды перед ледоставом, но такое оно живое, что невольно вспомнишь выражение: "У воды человек не чувствует себя одиноким". Даже в холодном октябре.
Валерий Страхов выдающийся мастер северного - и сельского, и городского - пейзажа. Мы все ждали такого художника, хотя Русский Север и забалован именами прославленных живописцев. Но они, залетные, от Константина Коровина до Виктора Попкова воспринимали местную землю все-таки немного отстраненно, хотя и искренне ей восхищались. Валерий Страхов пишет ее с родным чувством, в молитвенном вдохновении, манера его живописи сразу узнается и потом уже надолго "схватывается" памятью.
(Добавил ссылку к себе в дневник)